1976-1977

Чемпионаты Мира и Европы

РЕЗУЛЬТАТЫ МАТЧЕЙ. ПРЕССА

К итогам чемпионата мира. Логика противоречий // «Футбол-Хоккей»
«Футбол-Хоккей» от 29 мая 1977 года. Юрий Королев. Заведующий кафедрой хоккея ГЦОЛИФК

Одно очко в напряженном двухкруговом турнире — совсем маленькая гирька на весах успеха Ну, а уж одна-единственная шайба, когда за один матч их нередко забрасывают до дюжины - и вовсе величина микроскопическая.

Сейчас, вспоминая события недавнего первенства мира, мы с особой горечью думаем о самом последнем матче. Всего-то этой самой гирьки — очка мы в нем недобрали, а добрали бы, стали бы чемпионами. Однако ведь можно пойти и дальше, обвиняя злую судьбу: ладно, Бог с ним, со «шведским очком», но могла быть просто-напросто «чехословацкая шайба» - тоже единственная. Помните, во втором матче Балдерис вышел один на один с Дзурилло при счете 3:4?

Да, в больших турнирах, где каждый с каждым играет не по разу, торжествует спортивная справедливость, в таком турнире с относительной полнотой проявляется закон больших чисел. Но какими малыми величинами выразился он на сей раз! Она шайба пролегла между первым и третьим местами непреодолимым барьером. Вот какой это был чемпионат, чемпионат, открывший новую страницу в истории мировых первенств.

Впрочем, никто и не ждал, что венский чемпионат будет отличаться от прошлом лишь формальным фактом появления нового действующего лица — канадской команды. Готовясь к турниру, его участники сознавали, что их ожидают необычные трудности и что без потерь, как случалось раньше не раз, добраться до финишу не удастся никому. Но острота борьбы, конфликтность, сложность коллизий — все это превзошло ожидания.

Чемпионат мира — последняя точка в хоккейном сезоне. Обычно он разрешает основные противоречия, дает ответы на главные вопросы, возникшие в течении осени и зимы. Еде одна особенность нынешнего состоит в том, что выдвинул больше вопросов,чем разрешил.

Что же это за вопросы: и в каких направлениях искать на них ответы? Надеюсь, в обсуждении этой темы нам поможет анализ игры и сравнительная характеристика четырех ведущих сборных: таков неписанный закон — будущие моды диктуют нынешние лидеры.

ПРОСТО ЧЕМПИОН.

Моды диктуют лидеры, эталоном же становится чемпион. Однако, нисколько не умоляя заслуг и достижений сборной ЧССР, надо признать — и в этом еще одна особенность и, если хотите, еще одна проявление неподвластности этого чемпионата привычной логике — этаким эталоном победитель не стал. Убежден, и сами тренеры, и игроки чехословацкой команды, счастливые свой победой, не вполне удовлетворены качеством игры. Пусть это не самый существенный, а все же кое о чем говорящий показатель: чемпион не является лидером не по забитым, ни по пропущенным шайбам как во всем турнире, так и «турнире» первой четверки.

Но это — деталь. Приведем вещи более существенные. Можем ли мы назвать кого-то из двух десятков чехословацких хоккеистов, для кого этот чемпионат — победный чемпионат! - был лучшим в его спортивной жизни? Если и можем, то единственного — Эбермана, выглядевшего свежо, игравшего со страстью и охотой, острого и неудержимого. Ключевые же игроки по сравнению с недавним прошлом несколько сдали. Измотанным психологически был лучший вратарь прошлого первенства Холечек, без былого блеска действовал Поспишил, попавший в символическую сборную скорее за былые заслуги и спортивное долголетие, знавали лучшие дни Новы, Глинка и Холик, не столь энергичным и быстрым, как в дни «Кубка Канады», смотрелось молодое третье звено. Да и команда в целом, если сравнить ее с той, что играла в сентябре на канадском льду, была далека от пика своей формы.

Все это — повторюсь — говорится не к тому, чтобы умалить успех чехословацкой сборной или лишний раз подчеркнуть нашу неудачу. Моя цель сейчас иная. Все команды шли к чемпионату собственными путями. Чехословацкая — дорогами труднейших турниров, которые требовали от игроков полной выкладки сил. Все они играли в «Кубке Канады», основной костяк участвовал в канадском турне, всем выпал на долю тяжелейший чемпионат страны, где судьба первого места решилась в финишном туре. И хоть после всего этого команда завоевала первенство мира, подвести ее к этому первенству в наивысшей форме тренерам не удалось. Значит, ответа на вопрос на опыте чемпионат мира, как удержать команду в наилучшем состоянии на протяжении восьми месяцев, мы не получили.

Главные козыри чехословацкой команды в Вене — высокая квалификация хоккеистов и отличная их сыгранность, два качества, сделавшие команду легко управляемой, способной воплотить тренерский замысел, выполнить и тактическое задание на игру в целом, и на конкретный эпизод. Вот объективный выразитель этого достоинства сборной ЧССР: она лучше всех использовала большинство и лучшего всех играла в меньшинстве. В цифровом выражении этого выглядит так: имея лишнего игрока, команда забивала гол  среднем каждые 7 мин 40 сек, когда же лишнего имел соперник, ему — тоже в среднем — требовалось 17 мин 30 мин. Так наиграны у чемпионата стандартные ситуации. Кстати, канадская команда, собравшаяся лишь перед чемпионатом, по этим показателям находится на пятом-шестом местах.

«СДЕЛАНО В ШВЕЦИИ»

Успех «Тре Крунур» несомненен. Она сделала в Вене максимум того, что было в ее силах, и это, думается, самая большая похвала, на какую может рассчитывать тренер вообще Действительно, Х.Линдберг поработал со своими питомцами прекрасно. Но, в интересах истины, надо признать: не он один.

Как говориться, не было бы счастья, но несчастье помогло. Лучшие игроки «Тре Крунур» прошлых лет заключили контракты с профессиональными клубами Канады и США. Это послужило толчком к приливу молодых в шведский хоккей, которые мечтают о карьере своих предшественников. Если вспомнить отзывы об игроках этой страны наших тренеров, сталкивавшихся с ними наиболее часто и наблюдавших близко представителей разных возрастных групп, то начиная с Чернышева и Тарасова, и кончая Эпшейтном, Морозовым, Тузиком, оценка была единодушной: уровень технической и тактической подготовки шведов безупречен, но вот тренироваться они не любят. Но сила и выносливость воспитываются быстрее, чем остальные элементы мастерства. Так что Линдбергу не составило таких уж больших усилий, пользуясь желанием молодых выдвинуться, заставить их изменить отношение к работе.

Вот эти-то молодые ребята, выросшие в условиях изобилия искусственного льда, с детства не знавшие недостатка в отличном инвентаре, занимавшиеся по интересной и своеобразной методике (которую нам, кстати, следовало бы пристально изучить), и привезли по руководством Х.Линдберга шведский хоккей к серебряным медалям в Вене.
И все же было бы преувеличением назвать эту команду командой экстра-класса. В обоих матчах с канадцами шведы выглядели бледно, а во втором и вообще были в шоковом состоянии. Если в первой игре им за счет скорости удалось отрезать канадцев, опережать их и таким образом избегать силовой борьбы более или менее благополучно, то в следующей они оказались беспомощны. Канадцы пообвыклись на европейском льду, профессиональное чутье помогло им понять, как надо перекрывать пути шведских атак, они стали поспевать к месту борьбы, а силовых поединок шведы не выдержали и спасовали.

К сожалению, наши не извлекли урока из канадского опыта игры со шведами. Разумеется, я не имею в виду канадской грубости. Но наши не попытались навязать им жесткую игру, не были инициаторами силовых единоборств ни тогда, когда владели шайбой, ни тогда, когда надо было ее завоевывать. Иными словами, мы не сделали акцента на использование выявленной канадцами ахиллесовой пят «Тре Крунур». И это облегчило шведам демонстрацию лучших своих качеств и в атаке, и в обороне.

В наступлении шведы пренебрегают так называемым «длинным ведением». Их козырь — длинный первый пас. Это убыстряет атаку, делает ее внезапной. Все отмечают, что шведы наступают малыми силами. Верно. Но длинный пас отрезает значительную часть сил противника, и его оборона тоже становится малочисленной и разреженной. Канадцев они в их зоне побаивались, на нашей же территории чувствовали себя вольготно, тем более что наши центральные нападающие часто запаздывали вернуться, а защитники не помогали Третьяку, когда он не ловил, а отбивал шайбу.

В обороне «Тре Крунур» показала высокое мастерство, а в ловле летящей шайбы ее игроки оказались в Вене непревзойденными. Около 20 процентов всех бросков по шведским воротам остановили своими телами полевые игроки. На венском турнире это самый высокий показатель.

Заметьте: и в Вене, а не вообще. Еще четыре-пять лет назад он был бы посредственным. Чем объяснить такое снижение показателя в выполнении именно этого приема защиты? С одной сторон, поубавилось игроков типа Сухи или Ромишевского, которые давали сопернику относительную свободу вдалеке от ворот, но зато обладали смелостью и точно развитым чувством позиции. С другой, многие игроки классных команды пользуются теперь щелчком по шайбе, летящей сбоку или навстречу, не останавливая ее и не прибегая к «рублевому» замаху. Вот защитники и не поспевают. Мы здесь сейчас сильно отстаем от других. Цыганков, Лутченко, даже Васильев, стремясь «стрельнут» помощнее, сперва остановят шайбу, потом размахнутся как следует. . . А «выстрел» получается холостым: путь к воротам перекрыт. Даже не холостым, а бьет по своим. Помните, как таким образом в первой игре со шведами пытался сделать щелчок Бабинов? Шайба от защитников отскочила к центру, и ни сам Бабинов, ни его партнеры не смогли помешать шведам — те легко забили гол.

Шведы здесь зарекомендовали себя наилучшим образом. Но самым сильным игроком их обороны, да и вообще сильнейшим в команде, был вратарь. В наиболее трудных своих матчах Хегюста парировал более 35 бросков. По канадским меркам именно это число отраженных ударов за игру — 35 — является признаком того, что вратарь достиг высшего класса.  И еще показатель, так называемый коэффициент непробиваемости — отношение числа бросков к забитым голам. Он у Хегюсты равен 96. Отличные цифры, на уровне цифр Третьяка в лучших его турнирах. Мне кажется, в Вене Хегюста имел перед Третьяком одно преимущество чисто психологического свойства. Над нашим вратарем довлела его репутация выдающегося голкипера нашего времени. Он уже не мог позволять себе, как в былые годы, исполнить свою работу играючи, где-то идти на риск: «Ну, ошибусь, так ошибусь». Хегюста пока не достиг такого положения в хоккее, и он чувствовал себя свободнее, он играл в полном смысле этого слова.

Ну а в целом шведская сборная тоже продемонстрировала высокий уровень грамотности и умение точно исполнять тренерскую идею. Все у шведов было своевременно, все действовали синхронно, никто не позволял себе излишеств. Между прочим, в этом отношении ближе остальных наших были к ним самые молодые — защитники Первухин и Фетисов. Наиболее известные, уверенные в себе и знающие себе цену Лутченко, Цыганков, Васильев могли позволить себе вдруг заняться обводкой, пойти за ворота, передержать шайбу, полагаясь на свою безошибочность, на индивидуальное мастерство, многократно проверенное. Им чаще, чем молодым, изменяло чувство осторожности, и команда за это поплатилась. Шведы тактических вольностей в обороне избегали начисто.

БЛУДНЫЕ СЫНОВЬЯ ЧЕМПИОНАТА.

Канадцы после семилетнего перерыва вернулись в лоно мировых чемпионатов, вернулись в новом качестве. Теперь родина хоккея посылает на первенство мира профессиональных игроков. Правда, пока далеко не самых сильных. Нетрудно догадаться, что совместными усилиями НХЛ и ВХА можно было был составить четыре-пять команд поярче. Ну, а европейское турне канадцев перед началом чемпионата показало, что эта команда еще и недостаточно сыграна.

К игрокам, возвышающимся над средним канадским уровнем, я бы отнес обоих Эспозито. Оба — и вратарь, и нападающий — истинные мастера своего дела, но главное — настоящие лидеры команды, готовые взять на себя основную тяжесть борьбы и проявить свои лучшие качества в самые трудные для команды минуты. Фил Эспозито, конечно, далеко не тот, каким он был, когда мы с ним познакомились. Не тот диапазон, не та мощь, не та нацеленность на ворота. Но благодаря совершенному пониманию игры, благодаря спортивному своему характеру он, погрузневший, ставший медлительным, остается нужным команде — все его действия полезны и своевременны, качественная сторона его игры безупречна.

Остальные рангом пониже. А у таких, как Маккени, Пэйман, Расселл, если и есть какие-то достоинства, то все их перекрывают и делают незаметными драчливость, желание во что бы то не стало сыграть грубо. На эту тему я разговаривал с тренером канадцев Уилсоном. Странными показались мне его возражения. Вот их суть:

Агрессивность — свойство генетическое, человек впитывает его с молоком матери, и ничего тут не попишешь. Да я и не рискнул бы заниматься их перевоспитанием. Зачем? Меня не поймут. Мы ищем агрессивных парней для хоккея. У нас это качество в цене. На нем во многом строится вся наша игра.

Но средний уровень «по-канадски» - это кое-чего стоит, это признак, это удостоверение прочной квалификации. Свое дело игроки знают, им не требуется долгого времени, чтобы разобраться в соперниках, определить, с кем и как надо играть. Недаром в финале они выступали значительно сильнее, чем в первом круге, да и вообще показали на финише самую интересную игру из нашей четверки (отбросим матч с нами, где 52 минуты штраф обрекли их на разгром).

Самое же привлекательное качество канадцев, качество, о котором говорили не раз и котором просто нельзя не сказать снова в связи с венским турниром, их неуемная жажда борьбы до конца, независимо ни от чего. Как мы убедились теперь, вера в возможность конечного успеха не изменяет им не только в каждой игре, но и на протяжении всего турнира. Крупные поражения их не обескураживают, а, наоборот, ожесточают и наполняют жаждой реванша.

В этом отношении нам их догонять и догонять. Нам и всему европейскому хоккею. В первом круге финны по игре были на голову выше канадцев в матче с ними и просто, казалось, не могут не победить. А победили канадцы: они верили в свои силы, финны же, несмотря на ход игры, так и не сумели поверить, что они не слабее соперника.

ОТСТУПЛЕНИЕ.

Каждый из участников борьбы за первенство имел свои большие достоинства. Однако не было среди наших конкурентов таких, кто по совокупности достоинств мог бы считаться непобедимым для нашей команды. Чемпионат показал, что наши надежды увидеть ее вновь на верхней ступени пьедестала почета были вполне основательны. Надежды не оправдались: чемпионат ознаменовался не наступлением сборной на вершину, а отступлением со второй ступени на третью.

Стоит сборной проиграть, как все разговоры так или иначе касаются состава: «Вот если бы вместо Иванова был Сидоров...». Уверен, теперь, когда все позади,каждый болельщик мог бы предложить собственный «беспроигрышный» вариант и основательно его аргументировать. Поверьте:не менее вескими аргументами располагали н тренеры сборной, предлагая свой вариант. В «Кубке Канады», а «Призе «Известий», в играх с клубами ВХА они тщательно проверили пять звеньев игроков, а в матчах чемпионата страны просмотрели и остальных вероятных кандидатов.

Другое дело, что трое из венского состава — Харламов, Гусев и Капустин, которым принадлежит значительная роль в организации игры сборной, перенесли в резное время тяжелые травмы и надолго выбывали из строя. Их подготовку пришлось форсировать, что отразилось на постоянстве формы всех трех, причем самое главное, что они не сумели полностью восстановить не атлетические свои кондиции, а технические (скажем, Гусев не был опасен своими бросками, Харламов, обычно если и «спотыкавшийся» при обводке, то разве на третьем-четвертом игроке, теперь терял шайбу, обводя первого-второго). Но кто решился бы отказаться именно от них, не от запасных, а от этих? Были ли заменимы они? Не думаю. Хотя, повторяю, сейчас, «после драки», как говориться, «возможны варианты».

Тогда же, не сомневаюсь, трудно было говорить и о замене спартаковскому звену, которое сезон провело с большими срывами. Трудно потому, что нет у нас сегодня молодых игроков, которые, так сказать, «ломятся в сборную», которые бы своей игрой заявили: «Мы готовы к любой конкуренции». Таких нет ни во второй, ни в молодежной сборной. Это и проблема селекции, и проблема всей деятельности эти команд, включая их календарь, словом, это — отдельная большая тема.

Думаю, что самой первой причиной неудачи (не ло значению, а ло порядку их обнаружения на турнире) была недооценка шведов. Все-таки. основную опасность тренеры видели со стороны канадской и чехословацкой сборных. Одни — чемпионы мира, с ними мы в последнее время играем трудно, другие называются «канадские профессионалы», и этим сказано всё.

Понимали, конечно, что и шведы «не подарок», но они за первостепенной заботой справиться с основными двумя конкурентами как-то отошли в тень. Тем более, когда наши обе свои задачи выполнили успешно, шведы же в играх с Канадой и Чехословакией ничего интересного, по крайней мере в атаке, не показали. Так, на мой взгляд, и тренеры, и вся команда проиграли матч «Тре Крунур» еще до выхода на лед.

И голы, посыпавшиеся в той игре в наши ворота, были, чувствовалось, для команд, как снег на голову в жаркий летний день. Чувствовалось даже на взгляд с трибуны. Некоторое время тренеры были словно заворожены происходящим. Они молча смотрели на игру и явно не находили слов, которые требовались, которые помогли бы хоккеистам взять себя в руки, что-то изменить в характере своих действий. Между прочим, то же повторилось и на следующий игровой день, когда в матче с нами Чехословакия повела 4:0.

Кстати, тогда же бросилось в глаза еще одно обстоятельство, не решающее, конечно, но существенное: слишком большое многолюдье на скамейке запасных. Там ведь идет незаметная постороннему, но предельно напряженная работа. Тренер каждый своим нервом стремится ощутить импульсы, идущие от игроков, и держать в руках невидимые провода для передачи ответных импульсов. Это и есть управление командой. Работа нервная, поглощающая человеком целиком, не допускающая отвлечений. Тут же было слишком много помех, нарушающих связь. Восемь человек, кроме игроков, насчитал я на скамейке, и все с самыми лучшими намерениями советовали, подбадривали, журили.

Быть может, объединив силы, тренеры и сумели бы найти необходимые решения. Но тут есть одно обязательное условие: тренеры должны быть единомышленниками, людьми с одинаковыми взглядами на игру и ее управление. Тройка руководителей сборной подбиралась по иному принципу: старший тренер получил помощников из  команд, которые являются поставщиками игроков, хоккейные же воззрения каждого из членов триумвирата во внимание на принимались.

Надо сказать, что такое комплектование тренерского состава в известной мере вынужденно. Его цель — заинтересовать тренеров ведущих клубов в направленном планировании формы игроков. Здесь нам пока не удается уничтожить противоречие между сборной и клубами, наш календарь их скорее обостряет. Сборная собирается на «Кубок Канады», а клубы не заинтересованы, чтобы их хоккеисты в начала сентября пребывали в состоянии наивысшей готовности. Заканчивается первенство страны, тренерам необходимо подвести игроков к пику формы, заставить выложить на финише все силы, ведь клубу больше готовиться не к чему. И как раз в это время хоккеист поступает в распоряжение сборной. Отсюда и тридцатидневный срок подготовки.

И коли мы уж заговорили о календаре, то закончим с этой темой. Наши клубы играют в ритме: два дня перерыва — матч. Ритм, дающий возможность поддерживать игровой тонус и кое-как восстанавливаться, но не позволяющий регулярно работать с высокими нагрузками, иными словами — создавать атлетический задел. Перетрудишься — и, глядишь, усталость даст о себе знать в игре. А число сложных матчей теперь резко возросло.

Что такое сложный матч? Здесь я пользуюсь определенными критериями. Вот они: разница в счете меньше трех шайб, коэффициент превосходства одной команды в числе атак не превышает 20 процентов, а сумма всех атаке превышает 130, наконец, количество силовых приемов переваливает за 16. Если два-три года назад процент сложных матчей колебался в пределах числа 50, то теперь он достигает 70. А раз матч сложный, то роль ведущего звена и нагрузки на него возрастают. Словом, взаимозависимость трех этих вещей — межигровых интервалов, числа сложных матчей и нагрузки на ведущие звенья — ясна. Ясно и как это сказывается на состоянии игроков сборной в период первенства мира.

Есть возражение: у канадцев межигровые циклы еще меньше наших, а календарных матчей побольше. Я не знаю систему их подготовки в клубах и потому не берусь за категорические оценки. Но думаю, что для ник основное средство подготовки — сама игра.  В этом мнении меня еще укрепил тренер «Филадельфии Флайер»» Фред Шеро. На мой вопрос, почему бы ему не быть новатором и не составить  подготовительный план так, чтобы его команда сразу заиграла сильно, оторвалась от остальных, он ответил: 

— Это у вас так можно. У нас такого выскочку не потерпят. У нас действует молчаливый тренерский сговор: все набирают форму постепенно. Это специалист видит — команда готова слабовато. Для зрителя же важно, что все одинаково. Тогда есть борьба, есть игра, есть интерес...

Но это — к слову. Вернемся к Вене. Итак, мы не имели заметного превосходства в атлетической подготовленности к долгому турниру, чем выгодно выделялись всегда. Как минимум, не превосходили мы трех своих главных конкурентов и в агрессивности. Наша сборная все больше теряет это особо ценимое в хоккее качество. Помнится, после одного из недавних первенств мира Васильева хвалили на все лады за то, что он не заработал ни одной минуты штрафа. Сомнительная похвала для защитника. Грубею, грязная игра нетерпима, но игра на грани фола для защитника в нынешнем хоккее обязательна. А грань это тонка, и здесь не обойтись без того, чтобы где-то ее и перейти.

В Вене наши хоккеисты не навязывали соперникам силовых единоборств м жесткой игры, не стремились показать, что они сильны, храбры, агрессивны. И в матчах с командами Швеции м Чехословакии, играющими от обороны, широко пользующимися прессингом, стремящимися при любом случае прижать шайбу к борту. Наша «сговорчивость» позволила им вводить игру в то русло, которое намечалось их планами и соответствовало их желанию.

Меня беспокоит то, что и нового поколения наших хоккеистов не воспитывается вкус к силовой борьбе. На юношеский соревнованиях «гряз», особенно с тех пор, как ребята познакомились по телевизору с канадским хоккеем, сколько угодно. А вот техники выполнения силовых приемов никакой. Оттого и «грязь», что нет техники. А нет техники оттого, что не учат.

Мы проиграли своим основным соперникам на чемпионате в числе и качестве быстрых первых атак, атак с ходу. Сегодня это оружие наступления наиболее действенно. Мы же, всегда, со времен еще первых хоккеистов, выходцев из футбола и хоккея с мячом, бывшие приверженцами позиционного наступления, с розыгрышем шайбы «до верного», но потом все же заставившие себя шагнуть вперед, снова сдаем позиции. И сдают их в наибольшей мере ведущие звенья. Атака с коду во всех отношениях труднее, а для побед в играх нашего чемпионата ведущим хватает и их умения наступать, не торопясь. Привычка становится второй натурой И эта слабость тоже наложившись на другие, сыграла свою роль в поражениях от поклонников «закрытого», оборонительного хоккея.

Существует ряд модельных характеристик, к которым стремится в игре сборная. Одна из них довести процент атак с ходу до 5б от их общего числа. До «контрольной цифры» недотянули самую малость — меньше двух процентов. Но, скажем, в обеих играх со шведами этот процент колебался у цифры 40.

Наконец, самый, пожалуй, таинственный по своей природа порок: мы разучились играть, не имея преимущества в счете. Порок этот был неведом ни прошлым поколениям, ни нынешнему старшему. В последний раз наша команда показала образец того, как надо с честью выгладить из тяжких ситуаций, в Инсбруке, в матче со сборной ЧССР. С тех пор ни разу, если соперник повел а счете, нам не удавалось спасти игру. Даже в относительно простых играх — с американцами и финнами — пропущенный гол повергал нашу команду а состояние, близкое к панике, и она уже не могла восстановить игровое превосходство. -

И ведь не скажешь, что у игроков опускались руки. Все начинали стараться еще больше прежнего, и себя здесь никто не щадил. Все — но не все вместе, а каждый в отдельности.

Откуда это? Может, от привычки не проигрывать? Или проявление излишней самоуверенности: «Что нам пропущенный гол? Да мы вас шапками закидаем»? Наверное, объективно существует какое-то исчерпывающее объяснение, которое должны дать и дадут специалисты психологии. Но, я думаю, проявился здесь и определенный пробел в организации управления командой. В таких ситуациях чрезвычайно важно, чтобы тренер сумел внушить команде то, что он хочет внушить, чтобы он нашел нужные слова и нужный тон, которые повлияли бы на игроков, готовящихся выйти на лед, остудили бы их излишний пыл, позволили продолжать игру с холодной головой, повести ее трезво и расчетливо, подготовив тем самым тот перелом, к которому, собственно, и стремится каждый игрок и который, так и на наступает, когда эмоции подавляют рассудок.

Вероятно, чтобы разговор о чемпионате был более полным, надо сказать и еще о ряде вещей — о проблемах в игра на своем «пятачке», о падении точности в бросках по воротам, о постоянных проигрышах вбрасывания, о том, что меньше становится у нас мастеров скоростной обводки и вообще хоккеистов с нестандартной, самобытной техникой, и еще о многом. Но тогда эти заметки грозят слишком разрастись.

Потому заканчиваю. Хотелось бы выделить одну мысль, важную для оценки нашей команды и ее будущих задач. Вначале я говорил о противоречивости чемпионата. Их много этих внутренних противоречий. Вот еще одно: сборная СССР, занявшая только третье место, намного опередила всех по забитым шайбам и вполне достойно выглядит по показателю пропущенных. Или такое. Да, качество бросков по воротам у нас оставляет желать лучшего. И там на менее соотношение результативных бросков к общему числу в первом матче с канадцами было чуть ли не рекордным— 36 процентов, а в первом матче с Чехословакией — отличным 18,2. И тут же игра со шведами — 3,4 процента, а вскоре вторая — 2,7. Удивительный перепад! 

Но он показывает и то, как много может наша команда, когда действует на своем высшем уровне, какие достижения ей по силам, как велики ее возможности.  Если мы снова переберем мысленно темы, затронутые в разговоре о нашей команде, то придем к выводу: большинство ее недостатков — результат потери тех качеств, которыми всегда был славен наш хоккей. Значит речь должна идти не о смене генеральной линии его развития. Это линия верна. Только нельзя останавливаться, нельзя снижать скорость движения, нельзя отступать от собственных завоеваний.


 
КАРТА ТУРНИРА

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ЭТАП

1-й тур - подробно
21.04.1977. Румыния - Швеция 1:8
21.04.1977. ФРГ - СССР 0:10 
21.04.1977. Финляндия - Чехословакия 3:11 
21.04.1977. Канада - США 4:1 


2-й тур - подробно
22.04.1977. США - Румыния 7:2 
22.04.1977. СССР - Финляндия 11:6 
22.04.1977. Чехословакия - ФРГ 9:3 
22.04.1977. Швеция - Канада 4:2 


3-й тур - подробно
24.04.1977. Румыния - Чехословакия 1:13 
24.04.1977. Финляндия - Швеция 1:5 
24.04.1977. ФРГ - США 3:3
24.04.1977. Канада - СССР 1:11


4-й тур - подробно
25.04.1977. Швеция - ФРГ 7:1 
25.04.1977. СССР - Румыния 18:1 
26.04.1977. США - Финляндия 2:3 
26.04.1977. Чехословакия - Канада 3:3 


5-й тур - подробно
27.04.1977. Румыния - ФРГ 3:6 
27.04.1977. Канада - Финляндия 5:1 
28.04.1977. Швеция - США 9:0 
28.04.1977. Чехословакия - СССР 1:6
 

6-й тур - подробно
29.04.1977. Финляндия - Румыния 4:2 
29.04.1977. ФРГ - Канада 3:9
30.04.1977. Швеция - Чехословакия 1:3 
30.04.1977. СССР - США 8:2


7-й тур - подробно
01.05.1977. Канада - Румыния 7:2 
01.05.1977. Финляндия - ФРГ 4:1 
02.05.1977. США - Чехословакия 3:6 
02.05.1977. Швеция - СССР 5:1 



ЗА 5-8 МЕСТА
все матчи - подробнее

03.05.1977. Румыния - Финляндия 1:14 
03.05.1977. ФРГ - США 1:4 

05.05.1977. США - Румыния 4:5 
05.05.1977. Финляндия - ФРГ 7:2

07.05.1977. Румыния - ФРГ 2:3 
07.05.1977. США - Финляндия 3:2


ЗА 1-4 МЕСТА
все матчи - подробнее

04.05.1977. Чехословакия - СССР 4:3 
04.05.1977. Канада - Швеция 7:0

06.05.1977. Швеция - Чехословакия 1:2 
06.05.1977. СССР - Канада 8:1 

08.05.1977. Канада - Чехословакия 8:2 
08.05.1977. СССР - Швеция 1:3 

НАВИГАЦИЯ
ПЕРВАЯ СТРАНИЧКА ЧЕМПИОНАТА
ТУРНИР В ГРУППЕ В
ТУРНИР В ГРУППЕ С